Восточная версия нейропрограммирования или еще более продвинутое НЛП в его русском (славянском) варианте.

Слегка отредактированные выдержки из книг С.В. Ковалева "НЛП-консалтинг" и "НЛП-психокоррекция" (М.: Издательство Московского психолого-социального института, 2006)

Предисловие

Скажите, вы хотите стать благополучным, совершенным, и удачливым? Если нет, то уходите с этого сайта и быстрым (ну очень быстрым) шагом возвращайтесь в свою серую повседневность. Если да, то приготовьтесь к тому, чтобы принять участие (пусть и пока теоретически) в самой увлекательной в мире игре: развитии себя и других. А заодно еще и к тому, чтобы сделать свою жизнь эффективной и счастливой. Ибо "Восточная версия нейропрограммирования, о которой пойдет речь, может предоставить вам уникальные возможности, которые иначе вы не получили бы ни за какие коврижки. Приобрести знания и навыки, способные самым серьезным образом улучшить вашу жизнь. И получить новую, высокооплачиваемую и очень нужную людям специальность и профессию (ну это если вы еще и не так уж долго у нас отзанимаетесь…).
Если же говорить более конкретно, то изучив Восточную версию нейропрограммирования вы овладеете вполне достаточными для самостоятельного использования знаниями и навыками этой удивительной науки: науки о человеческом благополучии, совершенстве и удачливости. И сможете избавиться от почти всех своих страхов и комплексов, обретя взамен эффективность и счастливость. Овладеете принципами, приемами и способами жизнедеятельности высокоэффективных и успешных людей. Приобретете устойчивую и активную веру в себя: веру способную изменять жизнь в нужную вам сторону. Обретете совершенство и удачливость (в любой области или сфере своей жизни). Узнаете Смысл, Предназначение и Цели собственной жизнедеятельности. И усвоите систему психотехнологий, которые позволят вам осуществлять обоюдовыгодные улучшения себя и других…

Кое-что об НЛП

Начнем с того, что нейролингвистическое программирование (НЛП) - когда-то одно из популярных направлений прикладной психологии, а ныне вполне самостоятельная мета-наука о человеческом благополучии, совершенстве и удачливости - давно уже признана (в том числе и оппонентами) одной из наиболее эффективных систем изменений человека, группы и общества. Область применения НЛП чрезвычайно широка и, помимо психокоррекции, психологического консультирования, психотерапии и коучинга, включает в себя педагогику, медицину, маркетинг, рекламу, а также управленческий и политический консалтинг. В отличии от многих других практически и/или психотерапевтически ориентированных психологических дисциплин и школ современной психотерапии, зачастую более декларирующих, чем демонстрирующих свою действенность, нейролингвистическое программирование обеспечивает действительно быстрые (и очень устойчивые) изменения в психике человека, а также весьма эффективные решения проблем как отдельного индивида, так и социума в целом. 
В то же время именно сейчас, НЛП переживает очевидный и обидный кризис. И (что печально) более всего этот кризис обусловлен пробелами в методологии, когда из-за слабой методологической базы, нейролингвистическое программирование превратилось в некий конгломерат прекрасно работающих, но крайне слабоструктурированных в теоретическом плане психотехнологий, которые удачно и успешно растаскивают представители других школ и направлений. Отчего, по горьким словам Дж. Гриндера, одного из отцов-основателей этой науки, НЛП может как бы раствориться в них, исчезнув как шепот на ветру (По: Д. Гриндер, К. Сент-Клер "Шепот на ветру")… Немаловажным (но уже для отечественного нейролингвистического программирования) оказалось и то, что к моменту прихода НЛП к нам, на Восток, там, на Западе, оно уже было диверсифицировано на многие школы и школки, представители которых истово и неистово отстаивали свое, "истинное" нейролингвистическое программирование, и, соответственно его и преподавали. И, если воспользоваться известной притчей о слоне и трех слепых, ныне в России мы не имеем "НЛП слона", а только лишь - совершенно отдельно! - нейролингвистическое программирование хобота, ушей и хвоста означенного животного… Эта беда усугубилась тем, что отечественные энэлперы, видимо в силу врожденного российского комплекса неполноценности (как известно компенсируемого комплексом превосходства), вместо соответствующей методологической работы, занялись дележом рынка и мелким администрированием, в основном направленным на отстаивание своей рыночной ниши…
Мы начали заниматься нейролингвистическим программированием еще в конце 80-х годов прошлого века. И сразу же оказались вынуждены не только впитывать и воспринимать новое, поразившее нас своей эффективностью знании, но и структурировать и даже просто менять получаемую информацию. И первоначальное усвоение НЛП было осуществлено нами как бы в три этапа. 
На первом этапе - структурном - обнаружив, что столкнулись с плохо организованной совокупностью (именно совокупностью, а не системой) изумительно работающих психотехнологий, мы попытались хоть как-то структурировать их по направлениям использования. 
На втором этапе - системном - выяснив, что современное нейролингвистическое программирование уже как бы утратило свою целостность и распалось на четыре независимых направления (конативное, когнитивное, аффективное и имажинативное - см. более подробно далее), постарались как-то синтезировать все наиболее ценное, что было создано в рамках каждого из этих направлений. 
На третьем этапе - методологическом - окончательно поняв, что нейролингвистическое программирование, при всей его "особливости", родилось не на пустом месте, а, наоборот, весьма ловко "позаимствовало", творчески изменив (часто до неузнаваемости) достижения других школ современной прикладной психологии и психотерапии, мы вернулись к "первоисточникам" и как бы заново, но "под углом" методологии НЛП, изучили гештальттерапию, психосинтез, транзактный анализ, краткосрочную позитивную терапию, психодраму, когнитивную и рационально-эмоциональную терапию и еще многое другое, включая аналитическую психологию Юнга, классический психоанализ и индивидуальную психологию Адлера. 
А потом произошло то, что и должно было произойти. Количество перешло в качество, и в результате углубленной работы над методологией уже только нейролингвистического программирования (самым слабым местом классического НЛП) родилась Восточная версия нейролингвистического программирования, которая 30 ноября 2005 года была официально признана комитетом по модальностям Общероссийской Профессиональной Психотерапевтической Лиги самостоятельной авторской модальностью (методом и направлением) консультирования и психотерапии. А поскольку то, что получилось оказалось заметно отличающимся от классического и от "продвинутого" НЛП, в качестве более краткого, но может быть даже и окончательного названия утвердилась номинация "Восточная версия нейропрограммирования".
Полное описание этой самой Восточной версии нейропрограммирования будет дано нами в серии из шести - семи книг (одна из которых, возможно, будет полностью посвящена методологии). Первые две из этих книг - "НЛП-консалтинг" и "НЛП-психокоррекция" - сейчас выходят в издательстве Московского психолого-социального института. Книги, которые (как, разумеется, и все последующие) действительно позволят (мы приводим одно из "прикладных" определений Восточной версии нейропрограммирования) профессиональному и усердному пользователю достичь благополучия, совершенства и удачливости в любой области своей жизни (порукой тому наши, разбросанные по всему пространству России и СНГ, ученики, жизнь которых, как по волшебству, изменилась в лучшую сторону). 
Использованные выше термины "профессиональный" и "усердный", безусловно, нуждаются в пояснении. Так вот, на наш взгляд, процесс обучения чему бы там ни было состоит из двух составляющих: 

• инструментальный
• интенциональный и
• смысловой.

• не делай
• не будь
• не сближайся
• не будь значимым
• не будь ребенком
• не взрослей
• не добейся успеха
• не будь собой
• не будь нормальным
• не будь здоровым
• не принадлежи

Цели и задачи Восточной версии нейропрограммирования

Изначально, нейролингвистическое программирование позиционировалось как наука о превосходстве, совершенстве и мастерстве. Однако, поскольку и превосходство, и совершенство, и мастерство могут (и, возможно, должны) рассматриваться не как цель, а только лишь как средство достижения каких-то других, более важных целей, в основу Восточной версии нейропрограммирования легло другое определение НЛП, данное Дж. Гриндером и Дж. Делозье в одной из их сравнительно ранних работ. В ней данные авторы, подчеркивая, что НЛП олицетворяет собой существенный прогресс в развитии человеческих возможностей, утверждали далее, что "оно дает квалифицированному и гармонично развитому пользователю возможность хорошо жить - умение, которое прежде объяснялось в разных случаях судьбой, удачей, наследственностью, волею случая или вмешательства высших сил" (курсив наш - С.К.) (По: Дж. Гриндер, Дж. Делозье. "Черепахи до самого низа", с. 10). А более позднее знакомство с работами В.В. и Г.А. Макаровых ("Транзактный анализ - восточная версия") позволило прийти к выводу, что Главной Целью нейропрограммирования как такового выступает или является достижение человеческого благополучия, базирующегося на совершенстве и удачливости. Сравните: задача НЛП - открыть тайну жизненного успеха тех, кому удалось его достичь (По: П. Янг. "Метафоры и модели изменения", с. 18).
Соответственно, мы определили Восточную версию нейропрограммирования как науку о человеческом благополучии, каковое (благополучие) состоит изэффективности и счастливости, а достигается за счет синтеза и взаимодействия двух таких обобщенных характеристик человека, как его совершенство иудачливость. 
Пожалуй, это еще одно - если не основное - новое, что вводится в современную психологию только в Восточной версии нейропрограммирования. Анализ человеческого благополучия, как феномена, органично соединяющего предметно-инструментальную (эффективность) и социо-эмоциональную стороны внешнего и внутреннего бытия. И подход к нему как к чему-то, достигаемому в результате синтеза и взаимодействия двух относительно независимых (только относительно, но все же независимых) обобщенных характеристик, паттернов или гиперфакторов: совершенства и удачливости. Все это можно выразить двумя условными формулами:

Именно подход к благополучию как результату синтеза совершенства и удачливости позволяет, например, понять, почему человек, выросший в прекрасной семье и получивший отличное образование, заканчивает свое существование где-то под забором, в силу собственной неудачливости оказавшись неспособным реализовать благоприятное совершенство. Или почему наша страна, имеющая фантастические запасы природных ископаемых, огромную территорию и вполне еще трудоспособное население (т.е. совершенная по природе и сути), до сих пор с трудом сводит концы с концами, буквально по уши погрязнув в собственной неудачливости. Увы, но буквально вся история человечества полна примеров горестной жизнедеятельности совершенных во всем, но так ничего и не достигших неудачников, и счастливого бытия не слишком совершенных, но зато вполне благополучных удачников…
Рассмотрим, однако, данный вопрос более подробно. Итак, благополучие состоит из эффективности и счастливости, и всех людей на этом свете можно разделить на:

• неэффективных и несчастных
• неэффективных, но счастливых
• эффективных, но несчастных
• эффективных и счастливых

Создается это благополучие как результат синтеза и взаимодействия совершенства и удачливости, и опять-таки, всех живущих на данной земле индивидов можно разделить на:

• несовершенных и неудачливых
• несовершенных, но удачливых
• совершенных, но не удачливых
• совершенных и удачливых

И совершенство, и удачливость определяются программами жизнедеятельности и картами реальности (их качеством), причем совершенство более имеет отношение к программам, тогда как удачливость - к картам. Удачливость может рассматриваться как необходимое условие благополучия, в то время как совершенство - как условие только лишь достаточное (аналогично эффективность достаточна для благополучия, но счастливость для него совершенно необходима). И потому (позволим себе повториться), так неблагополучна совершенная как по природе, так и по людям, Россия, и так благополучна менее несовершенная, но ох же какая удачливая Америка. И столь, увы, благополучны не всегда что-то из себя представляющие, но удачливые новые русские, и так неблагополучны представляющие из себя "много чего", но на редкость неудачливые, русские старые…
Остается добавить, что, по-видимому, в общефилософском плане совершенство имеет отношение к Порядку, тогда как удачливость - к Хаосу. В конкретно-философском аспекте совершенство связано с потенцией, тогда как удачливость - с интенцией. В общепсихологическом плане совершенство относится к личности, тогда как удачливость - к сущности (индивидуальности, самости). В конкретно-психологическом аспекте совершенство рационально, тогда как удачливость иррациональна. Ну а в нейрофизиологическом плане совершенство "левополушарно", тогда как удачливость - "правополушарна".
Само по себе благополучие можно также определить и как достижение удовлетворяющего субъекта уровня жизни в основных областях его жизнедеятельности. При этом введение в вышеприведенное определение категории "удовлетворяющего" связана с тем, что у каждого индивида наличествует собственная "карта", отражающая желаемый им на определенном этапе или отрезке жизни уровень благополучия (т.е. в этом плане кто-то может довольствоваться малым, а кто-то - ну очень большим…). А использование номинации "в основных областях жизнедеятельности" предполагает существование неких базовых аспектов искомого благополучия, к каковым, по нашим многолетним наблюдениям, относятся "пять великих проблем" клиентов психотерапии и консультирования:

• здоровье
• взаимоотношения
• любовь, секс
• работа
• деньги

Все остальные области жизнедеятельности (семейная жизнь, жилье, материальный достаток, etc.) как бы выводится из этих пяти областей.
Однако нельзя не упомянуть об еще одном аспекте благополучия человека: вертикальном, о котором отчасти будет сказано далее. Согласно воззрений современной психологической науки и доказавших свою экологичность духовных практик, жизнь человека как бы состоит из трех этапов: досоциализированного (доконвенциального),социализированного (конвенциального) и постсоциализированного (постконвенциального), каковые, одновременно, отвечают уровням его развития как разумного существа. Правда, в классической психологии, речь здесь идет о социализации (процессе включения или врастания в общество и принятии связанных с этим соглашений), тогда как в духовных практиках во главу угла ставится вопрос личностного роста и развития. Однако и в первом, и во втором случае признается наличие некоего надсоциализированного уровня, при котором человек перестает подчиняться общепринятым правилам игры; прекращает участвовать во всеобщих крысиных бегах за чувственными удовольствиями, богатством, престижем и властью; пробуждается от гипноза повседневной реальности и открывается Высшему… В НЛП и Восточной версии нейропрограммирования вопрос об уровнях человеческой жизни исследован едва ли не лучше, чем где либо (см. далее упоминания о двух трехуровневых моделях), однако пока вполне достаточно будет знать, что в Восточной версии нейропрограммирования мы выделяем три уровня благополучия:

• досоциальный, где объектом является обеспечение условий для успешной социализации, а предметом - индивидуальность человеческого существа;
• социальный, в котором объектом выступает получение и сохранение персональной, но выведенной из нормативно одобряемой (рекламируемой в рамках общепринятых конвенций) модели благополучия, а предметом - личность человека и
• надсоциальный, где объектом является обретение полного и подлинного Бытия, а предметом - духовная сущность индивида в ее скорее религиозной (бессмертная душа) трактовке…

Теперь немного поговорим о картах человеческой удачливости. В принципе, данный вопрос выходит (и заметно) за пределы НЛП-психокоррекции, и более подробно будет освещен в последующих книгах серии "Восточная версия нейропрограммирования". Однако уже сейчас следует отметить, что удачливость человека прежде всего (и более всего) определяется содержанием некоей метакарты, а именно базовых представлений человека: о себе, о других и о мире (здесь и далее мы используем некоторые положения прекрасной книги В. и Г. Макаровых "Транзактный анализ - восточная версия"). 
Дело в том, что еще до рождения, у любого ребенка складываются некие исходные представления, впоследствии задающие все его отношение к жизни в широком смысле этого слова (да и саму по себе эту жизнь). Представление о том, насколько в порядке он сам; насколько в порядке другие, и насколько в порядке мир, в котором ему предстоит жить. У подавляющего большинства детей к моменту рождения эта самая "карта порядка" внутренне благополучна и удачлива, т.е. соответствует идеальному варианту "все о'кэй": я, другие и мир (к редким исключениям относятся те, кого хотели убить еще в утробе матери, сделав аборт; или те, вынашивание которых происходило с выраженными патологиями). Однако далее травма рождения (крайне неприятный и плохо организованный процесс), родительское программирование ивоздействие значимых других, приводит к тому, что вышеупомянутые мета-карты пришедшего в этот мир человека меняются, а после как бы фиксируются. 
О тех немногих, которые сумели в буквально нечеловеческих условиях сохранить мета-карту "я в порядке - другие в порядке" (во избежание сложности анализа позиция человека относительно мира обычно опускается) мы ничего писать не будем: во-первых, ни в какой особой психологической помощи они не нуждаются, а, во-вторых, таковых действительно просто мало - ну очень-очень мало… 
Что же касается тем, кому не повезло, то прежде всего (и, возможно, чаще всего), в силу ряда обстоятельств они принимают в качестве основной мета-карты принцип "я не в порядке - другие в порядке". Возникает это как из-за беспомощности ребенка, его целиком и полностью зависимой позиции во время и после родов, так и вследствие более поздней его заброшенности родителями и значимыми другими. Однако как бы не "генерировалась" эта самая мета-карта, рано или поздно многочисленные наши обиды и унижения находят свое выражение в ощущении беспомощности и ненужности себя ("я не в порядке") при полном или относительном признании благополучия определяющих его жизнь и управляющих ею всесильных Взрослых ("другие в порядке"). 
Бывает (но реже, значительно реже), что человек принимает другую мета-карту: "я в порядке - другие не в порядке". Обычно происходит это в силу двух причин: либо подчеркивания превосходства ребенка над прочими и остальными (это когда он растет в атмосфере всепрощения, почитания себя, но принижения и подавления других), либо, наоборот, при постоянных унижениях, угрожающих здоровью (как психическому, так и физическому), а то и самой жизни (а это когда для того, чтобы преодолеть свою приниженность и беспомощность, а то и просто выжить, ребенок как бы "опускает" мучителей, признавая их неадекватность; и возвышает себя, любым образом оправдывая собственную адекватность и, возможно, исключительность). 
Наконец, еще реже, но все же бывает, что человек принимает еще одну - самую безнадежную - мета-карту: "я не в порядке - другие не в порядке". Мета-карту безнадежного отчаяния и опустошающего душу бессилия, когда все, что остается, так это только "тонуть" дальше, опускаясь на самое дно, и обреченно ждать, когда же все это, наконец, кончится… 
Наверное, вам понятно, что ни одна из трех вышеперечисленных мета-карт не может считаться подлинно благоприятной (и удачливой) в самом широком смысле этого слова. Ибо люди, живущие с мета-картой "я не в порядке - другие в порядке" во все века и времена, и даже в самых что ни на есть благоприятных условиях живут тяжело и грустно, не претендуют на успех и результат; отказываются от инициативы и ответственности; недостаточно уверены в себе; низко оценивают свои жизнь и деятельность; а также просто часто, но как-то вяло, болеют (и психически, точнее психологически, и физически). Те, которые "бытийствуют" с мета-картой "я в порядке - другие не в порядке", наоборот постоянно демонстрируют надменное превосходство, чванливость и самодовольство; подавляют и принижают других, используя их в качестве только лишь инструмента для достижения собственных целей; борются со всеми и вся, терроризируя близких; устраивают бесконечные разборки и обнаруживают врагов даже там, где из и в помине не было. Ну а те, которые буквально (и только лишь) существуют с установкой "я не в порядке - другие не в порядке", чаще всего проводят свою жизнь в домах для хронических больных, наркологических, психиатрических и соматических стационарах, местах лишения свободы и даже просто в бомжатниках. И либо кончают с собой сами, либо бессмысленно и обреченно, ждут этого конца, не имея ни сил, ни ресурсов на жизнь, и даже не ожидая никакой помощи… 
Следует, однако отметить, что в Восточной версии нейропрограммирования вопрос о структуре человеческих карт раскрыт значительно глубже, чем в вышеописанном варианте транзактного анализа. Дело в том, что введение упомянутого в начале данной книги принципа нейрологических уровней позволяет говорить о трех аспектах удачливости: инструментальном, интенциональном и смысловом. Более детальное рассмотрение данного вопроса позволяет утверждать, что мы имеем дело не с тремя или девятью, а двадцать семью картами удачливости, что наглядно следует из нижеприведенной схемы.

Аналогично, совершенство и обеспечивающие его программы также можно рассматривать в трех обобщенных аспектах: инструментальном, интенциональном и смысловом. Определяется же это совршенство качеством девяти менее обобщенных классов программ: окружения, поведения, способностей, намерений, ценностей, убеждений, идентичности, миссии и смысла. Каковые, в свою очередь, задают так же девять соответствующих "мини"-совершенств, влючаемых друг в друга (т.е. снизу - вверх: от окружения до смысла) по принципу "матрешки". 
Нельзя также не отметить (именно отметить, поскольку действительно подробно этот архиважный вопрос будет разбираться в книге "Коучинг высшего благополучия"), что существует четкая корреляция и аналогия между выделенными нами инструментальным, интенциональным и смысловым уровнями и трехуровневой моделью иерархии научения и осознания Г. Бэйтсона и П. Янга (По: П. Янг. "Метафоры и модели изменений"), что можно представить в следующем виде.

Обобщенная таблица, передающая соответствие всех трех уровней, выглядит так:

Остается добавить, что в контексте удачливости как таковой, согласно транзактному анализу и уважаемым нами В.В. и Г.А. Макаровым ("Транзактный анализ - восточная версия"), всех людей можно разбить (или подразделить на три уровня или класса: неудачников, середняков и удачников, каковые (уровни или классы), в свою очередь, делятся на три подуровня или подкласса. В связи с тем, что по закону нормального распределения в этом мире довлеют все-таки середняки (а также по ряду других, приведенных далее соображений), изобразим все это в виде своеобразного "яйца" (см. рис). 

К определенному уровню и классу удачливости человек может быть отнесен как в целом, так и по отдельным областям своей жизнедеятельности (здоровью, взаимоотношениям, любви, сексу, деньгам или работе). Так, например, многие благополучные в плане денег бизнесмены чрезвычайно нуждаются в консалтинге, психокоррекции и психотерапии или коучинге вследствие того, что наряду с многомиллионным счетом в банке имеют: посредственное здоровье; испорченные межличностные и/или внутрисемейные взаимоотношения; практически полное отсутствие любви, а иногда и секса; и изматывающе-изнуряющую, но уже не приносящую никакого удовлетворения работу…
Отнесение конкретных субъектов к каждому из этих уровней и классов определяется прежде всего их удачливостью как легкостью достижения целей (в целом или в отдельных областях жизнедеятельности). "Неудачники, - пишут В.В. и Г.А. Макаровы, - это такие люди, которые практически никогда не достигают целей, которые сами для себя ставят. А за достижения, даже небольшие, они платят слишком высокую цену. Они отказываются от претензий на результат, успех; часто лишены комфорта на своем жизненном пути. Многие из них упорно думают о том, как они себя поведут во время "генеральной" расплаты за свои неудачи. Когда они накапливают материальные ценности, то делают это ради того самого "черного дня", который, по их мнению, когда-нибудь обязательно наступит. Когда начинают какое-либо дело, то заранее программируют себя на провал и заняты тем, что "подстилают соломку" в те места, куда они обязательно упадут при неотвратимо приближающейся катастрофе. Как видно, такие люди заранее прогнозируют неудачу и своими действиями бессознательно приближают ее.
Середняки - это те, кто довольствуется тем малым, что удается достигать день ото дня, терпеливо неся свою ношу. Они избегают риска и возможных потерь. Ограничивают себя, свои достижения, свой комфорт в жизни. Они всегда только сводят концы с концами. Избегают риска. Часто думают о том, что произойдет, когда они потерпят поражение. Однако они фиксированы на неудаче в меньшей степени, чем представители предыдущей группы. Удачники - это те, кто достигает поставленных целей, рискует, выполняет контракты, договоры, заключаемые с собой. Удачники обеспечивают для себя и своих близких желаемый уровень комфорта". (По: В.Макаров, Г. Макарова. "Транзактный анализ - восточная версия", с. 52-53). 
Поскольку и совершенство и удачливость, прежде всего и более всего определяются "картами" реальности и программами жизнедеятельности, Главным Постулатом Восточной версии нейропрограммирования является следующий: 

Нельзя также не упомянуть, что совокупность имеющихся у человека карт создает его туннель реальности или иначе Модель Мира. А система программ жизнедеятельности - его жизненные сценарии в трактовке, близкой к используемой в транзактном анализе. 
Теперь рассмотрим способы повышения совершенства и удачливости человека, для чего обратимся к некоторым методологическим проблемам Восточной версии нейропрограммирования как области профессиональной деятельности.

Методология Восточной версии нейропрограммирования как области профессиональной деятельности

Как известно, успех любой профессиональной деятельности определяется осознанием четырех важнейших моментов (По: В. Козлов. "Истоки осознания". С дополнениями)

• предмета или материала, с которым мы работаем
• объекта или того, на ком или на чем мы работаем с этим материалом
• цели или того, что с этим хочется сделать, и
• способа(ов) достижения цели.

Поскольку НЛП в любой из существующих его разновидностей "работает" с человеком, предметом Восточной версии нейропрограммирования - как, впрочем, и любого направления психотерапии - является человеческая психика. Используемая при этом модель данной психики во многом определяет то, каким именно образом осуществляются изменения. Так вот, в Восточной версии нейропрограммирования используется такая "карта" внутреннего мира человека, как "яйцо" Р. Ассаджоли (см. рис.).

1. Низшее бессознательное
2. Среднее бессознательное
3. Вышее бессознательное, или сверхсознательное
4. Поле сознания
5. Сознательное "я"
6. Высшее Я
7. Коллективное бессознательное

Как оказалось, эта теоретическая модель оказалась чрезвычайно продуктивной для анализа очень многих областей Восточной версии нейропрограммирования.
Во-первых, с точки зрения предмета (или материала, с которым мы работаем), "яйцо" Р. Ассаджоли позволяет довольно легко как бы "развести" предметные области консалтинга, психокоррекции, коучинга и психотерапии. Как известно, в современной науке все еще не выработаны соответствующие критерии, хотя в кругу консультантов и психотерапевтов существует некое негласное соглашение о том, что психотерапия - это работа с невротиками, а консультирование - с если и не со здоровыми, то уж, во всяком случае, не с больными людьми. Приобретший за последние годы весьма большую популярность коучинг (точнее - та его разновидность, которая именуется "коучинг с большой буквы"), вообще как бы поглотив в себя и консультирование, и психотерапию (а заодно еще и бизнес - и политический консалтинг). Да так, что ныне все "продвинутые" психологи, психотерапевты и тренеры враз стали коучами (правильнее - коучерами, ибо это англо-американский эквивалент французского слова "кучер", сиречь перевозчик), ни на йоту не изменив при этом стиль и характер своей деятельности. Все это, как минимум, несерьезно, так как для выделения новой предметной области в ней должны обнаружиться "различия, порождающие различия" (Г. Бейтсон). А в коучинге в качестве таковых обычно указывают только лишь тотальность (т.е. здесь мы занимаемся буквально всем, чем придется: всем, что понадобится клиенту) и полевой характер деятельности (а занимаемся мы этим всем не в своем любимом кабинете, а везде, где осуществляется жизнедеятельность клиента), что представляется явно недостаточным. Так вот, в Восточной версии нейропрограммирования предметом психотерапии в основном является материал из нижнего бессознательного клиента; консалтинга (и психокоррекции) - среднего бессознательного; а коучинга, как личного развития человека в нетерапевтическом аспекте, - высшего бессознательного (что, конечно же, не исключает частичного взаимоперекрытия выделенных предметных областей.
Во-вторых, с точки зрения объекта, становится ясно, что основными пользователями НЛП-психотерапии действительно выступают невротизированные неудачники (мы намеренно исключили здесь привычный для нейролингвистического программирования аспект совершенства, поскольку сознательно ориентируем Восточную версию нейропрограммирования на малоизученный в НЛП аспект удачливости); НЛП-психокоррекции и консалтинга - преимущественно середняки, а НЛП-коучинга - удачники (точнее, те, кто хотят ими стать). А сам процесс становления внутреннего благополучия на всем отрезке пути из "лягушек в принцы" протекает по цепочке психотерапия - псикокоррекция и консалтинг - коучинг. В-третьих, в контексте целей главной задачей психотерапии становится реадаптация индивида в социуме, т.е. доведение неудачников до уровня середняков; консалтинга и психокоррекции - обеспечение успешной социализации, а также расширение автономии и зоны комфорта (т.е. становление и упрочивание устойчивых середняков и малоудачников), а коучинга - превращение этих середняков в удачников, т.е. вышеупомянутое развитие личности в нетерапевтическом аспекте.
Ну а в-четвертых - с точки зрения способов достижения целей - именно здесь получает полное теоретическое обоснование эмпирически выведенная нами структура техник Восточной версии нейропрограммирования (подробнее, см. далее). В этой структуре психотерапия неудачников как переработка материала из преимущественно низшего бессознательного осуществляется за счет психокоррекции Самостоятельных Единиц Сознания, а также психотерапии личной истории и сценариев жизнедеятельности. Консалтинг и психокоррекция середняков на материале из среднего бессознательного производится с использованием "классических" психотехнологий прояснения карт (раскрутки, мета-модель, рефрейминг и т.п.) и изменений программ (якорения, взмахи, репетиции поведения и т.п.). Ну а коучинг "кандидатов в принцы" делается с применением психотехнологий Нового Кода и другой половины НЛП с преимущественной опорой на уровень мета.
В свете вышесказанного можно, конечно же, отметить, что с точки зрения подхода к коучингу, как обеспечения перемещения "клиента из пункта А (нежелаемого состояния) в пункт Б (состояние желаемое), все "путешествие" из "лягушек в принцы" может быть названо Большим Коучингом (очень большим…). Однако в этом случае психотерапия и консалтинг просто исчезают, как бы растворяясь в этом БК. В связи с этим (и в соответствии с созданной нами моделью нейрологическох уровней - см. Введение) мы, как относительно самостоятельные, выделили следующие три вида коучинга:

• инструментальный (коучинг окружения, поведения и способностей)
• интенциальный (коучинг намерений, ценностей и убеждений) и
• смысловой (коучинг идентичности (сущности), миссии и смысла).

Теперь следует объяснить, что к еще одному отличию Восточной версии нейропрограммирования от классического НЛП является разрабатываемая нами концепция возникновения и устранения патологий, целиком и полностью базирующаяся на концепции Точки Сборки Реальности (ТСР). Как известно, понятие точки сборкивпервые ввел К. Кастанеда, причем, согласно Томасу, под ней подразумевается "… место внутри структуры светящегося кокона человека, где происходит сборка восприятия… Она представляет собой круглое, очень яркое, блестящее пятно размером примерно с теннисный мяч". (По: Томас "Обещание силы", с. 406). 
В Восточной версии нейропрограммирования мы используем совершенно другую интерпретацию. Согласно этой интерпретации, вторичная реальность, в которой живет человек, обычно собирается им вокруг определенных условных точек, каковые выступают своеобразными системообразующими элементами. Внедрение, включение или возникновение ТСР по так называемому закону ряби (это когда от камня, брошенного в воду, расходятся далеко идущие круги), способно полностью изменить фрагмент или даже всю вторичную реальность. Например, некачественный ужин может стать причиной для возникновения предположения о том, что жена является плохой хозяйкой (первый круг сборки реальности), далее о том, что она просто плохая жена (второй круг), а после о том, что клиенту не повезло с семейной жизнью (третий круг) и даже о том, что ему не повезло с жизнью как таковой (четвертый круг). В результате данный клиент может впасть в состояние устойчивого гипноза проблемы, которая, при всей ее кажущейся надуманности, является для него вполне реальной. С помощью, например, мета-модели мы как бы разбираем "жемчужину проблемы" до образовавшей ее "песчинки", а посредством рефрейминга предлагаем иную Точку Сборки Реальности. Важно здесь то, что практически любое воздействие специалиста по НЛП является системообразующим, а последствия от него могут быть весьма серьезными (в идеале - меняющими всю жизнедеятельность клиента в более экологическом плане и направлении). А искусство психотерапевта как раз и заключается в подборе таких ТСР, которые меняют все, причем сразу и навсегда.
Так вот, в свете вышеизложенного по методологии Восточной версии нейропрограммирования как области профессиональной деятельности, становиться достаточно очевидным, что обобщенная ТСР неудачников находится в низшем бессознательном; середняков - в бессознательном среднем, а удачников - в бессознательном высшем.

Модель "Мерседес-SK" как основа планирования изменений

Для конкретной или, если хотите, практической репрезентации материала, с которым мы работаем, в Восточной версии нейропрограммирования используется модель, которую мы назвали "Мерседес-SK" (см. рис.).

Справедливости ради надо сказать, что она, с одной стороны, является логическим развитием достаточно известной в нейролингвистическом программировании модели "Мерседес", включающей три сектора (внутреннее состояние, внешнее поведение и внутренняя переработка), каковые окружает адаптивная реакция, а с другой, "восходит" к постулированной еще в начале прошлого века структуре социальной установки как включающей в себя аффективный (эмоции), конативный (поведение) и когнитивный (нечто познавательное) аспекты. Однако модель "Мерседес-SK" достаточно сильно отличается от своих предшественников (т.е. имеет "различия, создающие различия").
Во-первых, в ней четко разделены содержательные и обеспечивающие процессы (точнее - элементы) в психике человека (так, в классической модели "Мерседес" в состав сектора "внутренней обработки" входят субмодальности как нечто содержательное, в то время как в Восточной версии НЛП они обеспечивают функционирование программ и карт Образов Самого Себя, состояний, поведения, убеждений и реакций на убеждения в качестве своеобразных микрокодов).
Во-вторых, идентичность как система Образов Самого Себя (каковая во все той же "классической" модели опять-таки оказывалась "втиснутой" во внутреннюю обработку(!), заняла в модели "Мерседес-SK" достойное место центрального элемента психики человека, объединяющего и организующего и его состояние, и его поведение, и его убеждения, и, конечно же, реакцию на окружение. 
Впрочем, оставим теоретические дискуссии и обратимся к модели "Мерседес-SK". Согласно ей, человеческая жизнедеятельность протекает в некоем окружении (которое, правда, представлена в виде уже известной вас вторичной реальности), каковое он использует и осваивает за счет системы адаптивных реакций, включающих состояния(души и тела), способы поведения и систему убеждений (а также пресуппозиций и мысленных стретегий). При этом неким объединяющим началом для всего этого является совокупность Образов Самого Себя как содержательно-процессуального аспекта идентичности человека (не случайно последнюю как раз и определяют как "…представления, организующие способности, убеждения и поступки человека в целостную единую систему знаний о себе и своем Я-образе (По: "Путеводитель по НЛП. Толковый словарь терминов". Сост. В. Морозов, с. 40. Курсив наш. - С.К.). 
Наиболее адекватной данная модель представляется для области среднего бессознательного (то есть именно там она более всего и пригодна), хотя, с другой стороны, "Мерседес-SK" способен достаточно полно описывать все пространство психики человека, выступая в качестве некой горизонтальной ее составляющей.
То есть мы вполне можем констатировать наличие как мета- (для высшего бессознательного), так и суб- (для бессознательного низшего) уровней Образов Самого Себя, состояний, поведения и убеждений. В первом случае можно говорить о репрезентации своей Божественности, а во втором - Низменности: и все в рамках модели "Мерседес SK".
Оставим, однако, детальное рассмотрение этого вопроса для более поздних публикаций, а пока вернемся к области психокоррекций, для которой, собственно, эта модель вначале и создавалась. И отметим, что, во-первых, любая жалоба (или запрос) клиента может быть достаточно четко расклассифицирована по модели "Мерседес-SK", а, во-вторых, она позволяет достаточно четко рассклассифицировать психотехнологии, используемые в Восточной версии нейропрограммирования.
В первом случае речь идет о том, что уже сама по себе формулировка жалобы или запроса клиента позволяет отнести репрезентируемое нарушение к определенной области (сектору) модели "Мерседес SK" (и, соответственно, подобрать техники психокоррекции). Например, жалоба типа "Меня достали!" преимущественно касаетсяокружения; "Мне плохо" - состояния, "У меня не выходит" - поведения; "Я не понимаю или не верю" - убеждений, а "Я какой-то никакой" - Образов Самого Себя. Соответственно (во втором случае) и техники психокоррекции (но не психотерапии) в Восточной версии нейропрограммирования делятся на психотехнологии

• контекста
• состояний
• поведения
• убеждений и
• Образов Самого Себя.

Остается добавить, что с точки зрения собственно осуществляемых изменений, в Восточной версии нейропрограммирования принцип ассоциации-диссоциации рассматривается как вполне конкретное психологическое воплощение в практике жизнедеятельности в общем и трансформаций в Сознании и Теле, в частности, другого, более фундаментального принципа Р. Ассаджолли: отождествления и разотождествления (По: Р. Ассаджолли "Психосинтез"). Как известно, главным здесь является положение, по которому мы не властны ни над чем, с чем мы отождествились, но можем легко управлять всем тем, с чем разотождествились. Соответственно, в качестве основной и базовой нами принята так называемая (нами же) "модель АДДА", суть которой можно передать следующей схемой, в которой А соответствует ассоциированности, Д - диссоциированности, а + и - - характеру переживания: позитивному или негативному.

Основные положения Восточной версии нейропрограммирования

Очень кратко, основные положения Восточной версии нейропрограммирования можно свести к следующим "семи заповедям".

Таким образом, если бы нам предложили выделить суть Восточной версии НЛП в виде этаких слоганов, ими бы Благополучие, Совершенство, Удачливость, а также Качество жизни, Эффективность и Счастливость.

Теперь еще одно - весьма важное. В современном нейролингвистическом программировании - подчеркиваю: современном, ибо во многом отечественное НЛП застряло где-то в начале 90-х годов - существует еще одна (и весьма важная в рамках этой книги) "реальная" модель, а именно, концепция четырех реальностей В. Мак Вини и П. Янга (По: П. Янг "Метафоры и модели изменений").
В отличие от вышеперечисленных, она изначально создавалась именно как способ описания основных параметров субъективного бытия человека в данном более или менее объективном мире. Основополагающими в этой концепции явились ориентации человека либо на правила/истины (унитарная реальность в терминологии авторов), либо на факты и доказательства (реальность сенсорная), либо на чувства и ценности (социальная реальность), либо на идеи и творчество (реальность мифическая, или, у нас, мистическая).
Вышеприведенные характеристики могут служить своеобразным тестом для выявления того, в какой именно реальности живет конкретный индивидуум. Для этого иногда достаточно просто спросить его, какие понятия из вышеприведенных - правила/истины; факты/доказательства; чувства/ценности или идеи/творчество, так сказать, наиболее близки ему по духу. И не поверить и перепроверить, просто прислушиваясь к речи и наблюдая за манерой поведения. Ибо для представителейунитарной реальности, например, характерны такие высказывания, как "Мы должны следовать правилам"; "Только так и никак иначе мы можем добиться цели" или даже "Кто не с нами, тот против нас и ему здесь не место". "Жители" сенсорной реальности куда как более сдержанны в выражениях и предпочитают сентенции типа "этому должно быть логическое объяснение"; "Всегда можно найти несколько способов" и "Так будет логичней". "Последователи" социальной реальности просто обожают говорить о том, что "Мы должны принимать во внимание другие (чужие) мнения"; "Что об этом скажут или будут думать люди", а также "Главное - общее благо" ("Счастье всем и чтоб никто не ушел обиженным)". Ну а обитатели мифической реальности предпочитают "словоблудничать", говоря "Давайте-ка посмотрим, что с этим можно сделать", "Было бы здорово, если бы…" и "Это напоминает мне одну историю…". 
При этом "унитарщики" не терпят глупцов; добиваются своего во что бы то ни стало; и предпочитают стиль давления и запугивания. "Сенсорики" предпочитают отстраненность и невовлеченность в ситуацию; и стараются не руководствоваться ничем кроме логики. "Социалы" постоянно "читают" (в энэлперском смысле) чужие мысли, строя предположения, касающиеся отношений, взаимоотношений и реакций других (и с другими); но в основном почти сладострастно предвкушая очередное унижение, обвинение или угрозу. Ну а "мистики", проявляя экспансивность, оригинальность и порой ненужный сарказм; относятся ко всему как к игре; и вообще могут легко увлечься второстепенным, "растекшись мыслью по древу". 
В стрессе и конфликте представители унитарной реальности обычно занимают позицию Обвинителя; сенсорной - Компьютера; социальной - Жертвы; а унитарной -Уравновешивателя или Флюгера. Ну а в рамках организаций (организационной культуры) "унитарщики" являются ярыми представителями так называемой культуры Зевса, (каковой, по образному выражению, "мечет молнии, когда гневается, и сыплет золотом, когда соблазняет") точками сборки которой выступают власть и кнут, а ресурсами - информация и харизма. "Сенсорики" относятся к культуре Аполлона, в которой главной является роль, а принципами - позиции и процедуры. "Социалы" обычно строят культуру Дионисия, "собираемую" вокруг экзистенциализма и личности по весьма спорному принципу, согласно которому организация существует лишь для того, чтобы служить и помогать людям внутри нее. Ну а "мистики" являются приверженцами культуры Афины, где обобщенной точкой сборки выступает задача, а базовыми ресурсами и принципами - опыт, талант и креативность.
Пожалуй, самое интересное следствие из вышеприведенной модели заключается в том, что и основные течения или направления современного нейролингвистического программирования также довольно легко укладываются в "прокрустово ложе" четырех реальностей. И, согласно П. Янгу ("Метафоры и модели НЛП", с.386), распределяются в ней так, образуя своеобразные версии данной науки, что, кстати, определяется и архетипами ее представителей.

На наш взгляд, отнесение Д. Гордона к представителям мифического направления в НЛП (при всем уважении к этому действительно блестящему специалисту) только лишь по, так сказать, инструментальному признаку, выглядит явной натяжкой (да и можно ли вообще соединять паттерны - типа физиологии и прочего - иинструменты - вроде гипноза и метафор - в одной классификации). Но тогда получается, что некое мифическое (имажинативное) нейролингвистическое программирование, столь блистательно начатое М. Эриксоном, на нем же и закончилось. В связи с этим следует отметить, что основой для синтетической по сути Восточной версии нейропрограммирования стало именно это - практически забытое в современном нейролингвистическом программировании - направление НЛП при одновременном, но менее выраженном включении в него всех прочих направлений, что можно выразить следующей схемой.

При этом следует отметить, что хотя представители отдельных разновидностей нейролингвистического программирования используют все четыре выделенных нами кода НЛП (базовый, микро-, макро- и мета), у них, тем не менее, можно выделить один код: исходный или, если можно так выразиться, излюбленный.

Остается добавить, что в связи с используемой в современной психотерапии (см. например, Завьялов В.Ю. "Психологические аспекты формирования алкогольной зависимости") четырех обобщенных моделей психотерапевтической помощи, а именно

Восточная версия нейропрограммирования безусловно и безоговорочно является именно прагматически помогающей дисциплиной, использующей в психотерапии личной истории модели психотерапии казуальной.

Состав техник консалтинга, психокоррекции, психотерапии и коучинга в Восточной версии нейропрограммирования

Изменения в клиенте и его жизни, в конечном (но только конечно) счете, и осуществляются за счет определенных техник и реализующих их психотехнологий нейролингвистического программирования. Ныне их насчитывается несколько сотен, причем весьма любопытно (и очень характерно), что даже школы и направления прикладной психологии и психотерапии, не слишком приветствующие (это еще мягко сказано) НЛП, охотно пользуются его методическим арсеналом.

В Восточной версии нейропрограммирования вся совокупность психотехнологий изменений достаточно жестко подразделяется на техники

Кстати, существование именно этих уровней хорошо показано в древней притче о трех каменотесах, которых спросили, что они делают. "Неужели ты не видишь - дроблю эти проклятые камни!" - раздраженно буркнул один (инструментальный уровень). "Зарабатываю себе на жизнь" - пожал плечами другой (уровень интенциональный). "Я строю храм!" - гордо ответствовал третий (смысловой уровень). Мы неоднократно будем еще возвращаться к этой универсальной для Восточной версии нейропрограммирования модели, а пока только лишь сообщим, что и в обучении также очень четко наблюдается три "больших" уровня, как бы объединяющих в себе девять нейрологических уровней (НЛУ). Инструментальный - отвечающий на вопросы "Где и когда" (НЛУ окружения), "Что?" (НЛУ действияи "Как?" (НЛУ способностей) применять. Интенциональный("Для чего?" (НЛУ намерений"Зачем?" (НЛУ ценностей) и "Почему?" (НЛУ убеждений)) И смысловой ("Кому?" (НЛУ идентичности), "Во имя чего?" (НЛУ Миссии) и опять-таки "Где?" (НЛУ Смысла), но это уже из нового цикла обучения данного индивида…
Остается добавить, что давно и не нами отмечено, что в области психических процессов, поведения и деятельности людей психологи могут почти все объяснить, но мало что изменить. В этом отношении нейролингвистическое программирование, которое почти ничего не объясняет, но очень многое легко изменяет, может оказаться воистину бесценным даром для любого человека, профессионально работающего с людьми, универсальным инструментом или, если хотите, своеобразной "палочкой-выручалочкой" консалтинга, психокоррекции, психотерапии и коучинга. Однако освоение НЛП требует усвоения не столько теоретических знаний, сколько практических навыков - многочисленных, порой, весьма трудных, и обязательно как бы "пропущенных через себя". Именно поэтому наши книги помимо описания психотехнологий нейролингвистического программирования, снабжено еще и системой упражнений, последовательное прохождение которых только лишь и может позволить обрести необходимые умения и навыки. Что же касается перехода от обучения НЛП к его применению, то здесь нам хотелось бы привести слова одного из наших учителей - директора ВС NLP Neuro-lingvistic programming institute M. Аткинсон, которая советует любую технику нейролингвистического программирования осваивать следующим образом: десять раз сделать ее на себе, а потом еще десять раз - на друзьях и родственниках. И утверждает, что если техника "пойдет" на в упор не видящих в вас профессионала родных и близких, вы можете не сомневаться, что она сработает на любом клиенте. Однако не будем скрывать, что полное и подлинное усвоение премудростей Восточной версии нейропрограммирования может быть осуществлено только на наших специальных курсах, программу и график проведения которых вы найдете на этом сайте.

Содержательный и динамический аспекты человеческого опыта

Содержание психики (опыта) человека в Восточной версии нейропрограммирования рассматривается с точки зрения двух аспектов: статического и динамического. Подстатическим аспектом психического мы понимаем набор "карт", которые используются индивидом для описания реальности. Под динамическим - систему программ, обеспечивающую ему жизнедеятельность в данной реальности. Разберем этот вопрос более подробно. Опыт, приобретаемый человеком, действительно можно представить в виде системы неких "карт", фиксирующих фрагменты реальности. Причем, эти карты в дальнейшем и будут использоваться для репрезентации (представления) данных фрагментов. Например, если во время "опытного" знакомства ребенка с таким "фрагментом реальности", как собака, означенное животное позволило ему погладить себя, умильно виляя при этом хвостом, в условной "карте" данного дитяти под некоей рубрикой "собаки" будет записано "добрые, ласковые, мохнатые". В то время как у его братишки или просто кого-то другого, кого эта (или другая - но при первом знакомстве) псина, рыча, укусила, под той же рубрикой будет записано: "злые, вредные, кусачие". И все последующие взаимодействия с этим "фрагментами реальности" - в данном случае собаками - будет осуществляться исключительно с позиции (как бы через призму) получившейся "карты", а не реальности как таковой. И, например, первый ребенок, скорее всего, будет спокойно относиться к и не слишком дружелюбным псам, тогда как второго станет бросать в дрожь при встрече даже с болонками…
Создание "карт реальности", составляющих как бы вторичную реальность жизни человека (и подменяющих первичную - истинную) осуществляется за счет трех основных процессов. Импринтирования - т.е., по сути, мгновенной "впечатки" опыта в ситуации болезненности, слабости и беззащитности (нересурсной и безресурсной).Обусловливания - когда этот опыт как бы опосредуется ситуацией: длящейся системой условий и обстоятельств, в которых находится индивид. И воспитания (обучения) - приобретения опыта как следствия осознанных или не очень внешних воздействий со стороны неких "педагогов". Например, формирование негативной "карты" по отношению к воде и плаванию может явиться следствием одного-единственного "утонутия", когда приобретающий опыт человек как следует нахлебается речной или морской воды. Стать следствием нескольких не слишком болезненных, но достаточно неприятных ситуаций (грязное дно, холодная вода, неприятные переживания и т.п.), которые как бы в сумме "переполнят чашу". Или выступить следствием длительных назидательных нотаций и сентенций по поводу связанных с водными развлечениями опасностей: из самых лучших побуждений, но с убийственным результатом, поскольку данная область реальности - а точнее, связанные с ней эффективность и счастливость - окажется навсегда закрытой для данного конкретного субъекта…
Однако каким бы образом не осуществлялось приобретение человеком его опыта, в нем всегда есть точка фиксации этого опыта: некий "момент истины", который, правда, очень часто оказывается последней соломинкой, переломившей хребет верблюду… Например, обобщенная негативная "карта" относительно собственного здоровья (очень удачно и точно названная М. И Р. Гулдингами родительским предписанием "не будь здоровым") может формироваться в течение длительного времени за счет обусловливания (когда, например, родители не обращают никакого внимания на ребенка, пока он здоров, но окутывают его нежностью и заботой, когда он заболеет, из чего данный конкретный подрастающий индивид бессознательно зафиксирует в какой-то из своих карт "Быть больным - значит получать внимание и заботу"). Тем не менее фиксация опыта произойдет в одной - последней - ситуации. А это значит, что для изменения человека в данной области его вторичной реальности нам достаточно, не меняя весь этот опыт, "переписать" или просто разрушить (если опыт бесполезный или уже ненужный) только эту самую последнюю ситуацию: критический инцидент фиксации (это положение является основополагающим для психотерапии личной истории).
Что же касается программ жизнедеятельности, как динамического аспекта человеческого опыта, то их можно рассматривать как совокупность способов реализации имеющихся у человека "карт" реальности. При этом при равном по качеству наборе карт, эффективность и счастливость человека (его благополучие) определяется качеством программ, обеспечивающих динамическое взаимодействие с реальностью. Генезис программ, также как и формирование карт, происходит в результате импринтирования, обусловливания и обучения (да, это так: воспитание - это о картах, а обучение - о программах), причем в силу высокой сложности человеческой деятельности, роль последнего заметно выше.
С точки зрения программ человеческой деятельности и "карт" реальности возможны следующие патологии, приводящие к отсутствию улучшения или даже к ухудшению качества жизни (благополучия человека).